Смешанная история

ЛАНДОЛЬФ САГАКС

СМЕШАННАЯ ИСТОРИЯ

HISTORIA MISCELLA

КНИГА ПЕРВАЯ

Вместо предисловия

В основе "Смешанной истории (Historia miscella)" лежит "Римская история" Павла Дьякона. Павел Дьякон, в свою очередь, опирался при написании своей работы на "Бревиарий" Евтропия (в 10 кн.), дополнив его отрывками из сочинений Павла Орозия, Януария Непотиана, Иордана и некоторых других авторов. Павел Дьякон довёл свою историю (в 16 книгах) до 553 г. Ландольф Сагакс (о личности которого практически ничего не известно) дополнил историю П. Дьякона и продолжил её до 820 г. (т.е. до правления императора Льва V). Его история получила название "Смешанной истории". Она состоит из 24 книг. Главными источниками для Сагакса были тот же Орозий, а также Аврелий Виктор (эпитомы), Анастасий (компилятор историй Георгия Синкелла, Никифора и Феофана Исповедника) и схоластик Епифаний (Historia tripartita; компиляция из Сократа Схоластика, Феодорита Киррского и Созомена). Начиная с книги 17 Сагакс чуть ли не дословно следует Феофану (по компилятору последнего Анастасию). Жил Сагакс предположительно в конце 9 - начале 10 вв."

Начинается «Римская история» язычника Евтропия, доведённая им до смерти императора Иовиана, которую Павел, дьякон Аквилейский, дополнил по просьбе Адельберги, герцогини Беневентской. Затем, собрав сведения из различных авторов, тот же Павел продолжил её от правления Валентиниана до времён Юстиниана. Следуя за ним, Ландольф Сагакс и сам собрал очень многое из разных авторов и, добавив в эту историю, довёл её до правления Льва, то есть до 806 года от воплощения Господня, 7-го индикта. Итак, начинается первая книга истории
.

Первым в Италии, как то угодно некоторым авторам, правил Янус.

Затем здесь скрывался Сатурн, бежавший из Греции от своего сына Юпитера, в городе, названном по его имени Сатурнией; остатки его до сих пор видны в пределах Тусции неподалёку от Рима. Поскольку Сатурн укрылся в Италии, то и страна от его «укрытия» ¹ стала называться Лаций. Он научил её всё ещё диких жителей строить дома, обрабатывать землю, выращивать виноград и вообще жить по людским обычаям, тогда как прежде они вели полузвериный образ жизни, питались желудями и жили либо в пещерах, либо в сложенных из ветвей и кустарника хижинах. Сатурн первым ввёл у них золотые монеты. За эти заслуги невежественная толпа местных жителей провозгласила его богом.

После него [правил] его сын Пик, о котором легенда говорит, что он был превращён в птицу своего имени ² знаменитой волшебницей Цирцеей за то, что презрел её любовь.

После Пика [правил] его сын Фавн, который был отцом Латина, чья мать Кармента Никострата, как верят, изобрела латинский алфавит. За время их правления прошло, как говорят, 150 лет.

Во время правления Латина, который исправил латинский язык и назвал свой народ латинами по своему имени, греками была взята Троя; в это время у евреев шёл третий год правления Лавдона, у ассирийцев правил Тевтан, а у египтян – Тоос, от начала мира прошло 4019 лет, от потопа – 1777 лет, от рождения Авраама и 43-го года Нина, царя Ассирии, – 805 лет, а от рождения Моисея – 410 лет; это было за 404 года до основания Города ³ и за 406 лет до Первой Олимпиады ⁴.

Итак, когда была взята Троя, Эней, сын Венеры и Анхиза, прибыл в Италию на третий год после разрушения Трои и, сразившись с Турном, сыном Давна, царя тусков, убил его; взяв в жёны невесту Турна Лавинию, дочь царя Латина, он назвал её именем построенный им город – Лавиний ⁵. Итак, Эней правил латинами три года.

После смерти Энея власть перешла к его сыну Асканию, или Юлу, которого Энею родила в Трое его супруга Креуса, дочь царя Приама, и которого он, придя в Италию, привёл вместе с собой. Этот Асканий, оставив царство своей мачехе Лавинии, основал Альбу Лонгу ⁶ и с величайшей любовью воспитывал там своего брата Сильвия Постума, сына Энея от Лавинии, который правил после него. Он перенёс из Лавиния в Альбу Лонгу богов-пенатов своего отца Энея. Но идолы сами собой вернулись в Лавиний. Вновь перенесённые в Альбу Лонгу, они вторично возвратились в древние святилища. Затем Асканий произвёл на свет сына – Юла, от которого произошёл род Юлиев; поскольку он был ещё слишком мал и не годился для управления людьми, Асканий, процарствовав 38 лет, оставил наследником царства своего брата, Сильвия Постума.

Сильвий
Постум правил 29 лет. Постумом его назвали потому, что он родился после смерти отца, а Сильвием – потому что был воспитан в деревне. От него все альбанские цари были прозваны Сильвиями.

После него правил Эней Сильвий, 31 год.

Затем правил Латин Сильвий, 50 лет; в это же время у евреев царствовал Давид ⁷.

После его смерти правил Альба Сильвий, 39 лет.

После него – Египет, или Атис, его сын, 24 года.

Затем – Капис Сильвий, сын предыдущего царя, 28 лет. Он основал Капую в Кампании.

Далее, Капет Сильвий, сын Каписа, 13 лет.

После него – Тиберин, сын Капета, 9 лет. Его именем была названа река Тибр, которая раньше называлась Альбулой, потому что он упал в неё и утонул.

Ему наследовал Агриппа Сильвий, правивший 40 лет. В его времена, как говорят, в Греции жил Гомер.

Затем Рем Сильвий, сын предыдущего царя Агриппы, правил 19 лет. Он построил среди гор, где ныне находится Рим, альбанскую крепость, но за своё нечестие был убит ударом молнии.

После него правил Авентин Сильвий, 37 лет. Он был сыном предыдущего царя Рема, умер и был погребён на том холме ⁸, который является ныне частью города, обессмертив его своим именем.

Преемником его был Прока Сильвий, сын названного Авентина, который правил 22 года. В его правление Фидон Аргивянин ⁹ изобрёл меры и весы. В это время у евреев в Иудее и Иерусалиме царствовал Аза ¹⁰. Когда Прока умер, то оставил двум своим сыновьям, Амулию и Нумитору, завещание, согласно которому один должен был получить деньги, а второй – царство. Амулий предложил своему брату Нумитору сделать выбор и взять себе то, что он хочет. Таким образом Нумитор взял деньги, а Амулий получил царство, которым правил 43 года. Получив власть, Амулий вопросил богов, и ему был дан ответ, что он будет убит потомком своего брата и потеряет власть. В итоге, он тут же прогнал брата из царства. Уйдя, Нумитор жил на своём поле. У него было двое детей – Сергест и Рея, которую звали также Илией. Боясь изречения оракула, Амулий взял Сергеста с собой на охоту и убил его в лесу, а Рею, или Илию, желая лишить её возможности рожать, сделал девой-весталкой. Когда же в седьмой год правления дяди она произвела на свет двух близнецов, то её, согласно закону, живьём закопали в землю.

Однако Фавстул, пастух царского стада, отнёс мальчиков, брошенных на берегу Тибра, к своей жене Акке Лавренции, которую за красоту и ненасытность тела, которым она торговала, соседи прозвали волчицей. Потому-то места, где пребывают блудницы, вплоть до нашего времени называют лупанариями ¹¹. Когда мальчики подросли, то собрали отряд пастухов и разбойников и, убив в Альбе Амулия, восстановили на троне своего деда Нумитора.

Итак, Римское государство, мизернее которого вначале и обширнее которого после распространения по всему миру не может припомнить человеческая память, берёт свое начало от Ромула ¹², который, как сказано выше, был сыном девы-весталки Реи Сильвии и, как принято считать, Марса и был рождён вместе с братом-близнецом Ремом. Когда Ромул разбойничал среди пастухов, он в возрасте восемнадцати лет выстроил на Палатинском холме небольшой город. Это произошло 22 апреля, в четвёртый ¹³ год Шестой Олимпиады, через 419 лет после разрушения Трои, или, как полагает Орозий, через 404 года, за шесть лет до того, как 10 колен Израилевых были переведены Сенахерибом ¹⁴, царём халдеев, в мидийские горы.

Итак, основав город, который он назвал по своему имени Римом, отчего и римляне получили своё имя, [Ромул] совершил следующее. Построив храм, он провозгласил его убежищем, обещав безнаказанность всем бежавшим туда. По этой причине Ромул принял в городе множество бежавших к нему соседних жителей, которые так или иначе стяжали немилость своих сограждан. Затем сюда нахлынули латины, тускские пастухи, а также заморские фригийцы, которые пришли сюда при Энее, и аркадцы, прибывшие при Евандре. Так, словно из разных начал сложилось единое тело, и возник римский народ. Ромул выбрал сто старейшин, по совету которых намеревался вести все дела, и назвал их сенаторами за преклонный возраст ¹⁵ и отцами за подобие заботы. Он избрал также тысячу ратников, которых по их числу назвал воинами ¹⁶. Тогда же, поскольку ни он сам, ни его народ не имели жён, он пригласил на зрелище игр соседние с городом Римом народы, а затем захватил их девушек в четвёртом году от основания Города. Тогда же самая красивая из девушек возгласом всех похитителей была присуждена Талассию, полководцу Ромула. Потому-то на свадебных торжествах в народе до сих пор кричат: «Талассию», что значит, невеста такова, что достойна самого Талассия. В вызванных незаконным похищением войнах Ромул одержал победу над ценинцами, антемнатами, крустуминами, сабинянами и фиденатами. Все эти города находятся вокруг Рима. Тогда же девица Тарпея была забросана сабинскими щитами на скале, которая по её имени стала называться Тарпейской и где в последующем был построен Капитолий. Однако с сабинянами, чьих дочерей они похитили, римляне заключили дружбу, причём такую, что сабинский царь, старец Тит Таций, стал править вместе с Ромулом; впрочем, последний убил его вскоре после того, как взял в соправители. Таким образом сабиняне и римляне стали единым народом. В это же время римляне ради упрочения союза стали ставить перед своими собственными именами сабинские имена, а сабиняне точно также поступили с римскими именами. С тех пор сохранился обычай, согласно которому никто из римлян не должен быть без преномена ¹⁷. По причине того же союза Ромул, который должен был в соответствие с сабинским обычаем носить длинное копьё, которое на их языке называлось «квирис», был прозван Квирином. Римляне же стали называться квиритами, то ли от «квирисов», то есть длинных копий, то ли от Квирина. Затем Рем был убит заступом Фабием, полководцем его брата Ромула, как говорят, по распоряжению последнего. Причиной его убийства было то, что он якобы стал насмехаться над тем, что вал, который они возвели для обороны нового города, недостаточен, и перепрыгнул через него ввиду его узости. С народом вейентов была затеяна война по весьма незначительному поводу, но с привлечением больших сил, а город ценинцев был взят и разрушен. Взяв, однажды, оружие, [римляне] не ведали более покоя, ибо дома их ожидали бы постыдная нужда и жестокий голод, если бы они удовольствовались миром или союзным договором. 26 июля Ромул был убит у Козьего болота ударом молнии, и его с тех пор больше не видели. Так, в 39-й ¹⁸ год правления он, как верят, был перенесён к богам и его стали почитать под именем Квирина. Затем Римом правили сенаторы по пять дней [каждый], и они властвовали целый год.

После этого царём был избран Нума Помпилий ¹⁹, в то время как у евреев царствовал Езекия ²⁰. Хоть он и не вёл никаких войн, но оказался не менее полезен городу, чем Ромул. Ибо он ввёл почитание богов и дал римлянам законы и обычаи, тогда как прежде они из-за привычки воевать считались уже разбойниками и полуварварами. Он разделил год, не имевший прежде какого-либо исчисления, на десять месяцев и построил в Риме множество святилищ и храмов. Умер он от болезни в 41-й ²¹ год своего правления. В правление Нумы Главк впервые изобрёл искусство плавки железа.

Нуме наследовал Тулл Гостилий ²², который первым из римлян стал пользоваться пурпуром и фасциями; в это время в Иудее правил Манассия ²³. Тулл возобновил войны; полагаясь на хорошо обученную молодёжь, он начал войну против анов, которые ныне зовутся альбанцами и живут в 12 милях от города, и победил их в шести битвах, учинив страшную резню. Он одолел в войне вейентов и фиденатов, из которых первые обитают в шести милях от города Рима, а вторые – в восемнадцати милях. Когда мир вновь был нарушен, Меттий Суффеций замыслил во время войны с фиденатами следующее коварство. Призванный римлянами согласно условиям мира, он бросил их и так коварно обманул, что прямо посреди битвы расположился со своим войском на ближайшем холме. Но римский царь Тулл Гостилий, пользуясь хитростью, заявил, что тот удалился по его приказу для того, чтобы по данному сигналу с тыла напасть на вражеские отряды. Так, подняв дух своих людей, которые уже отчаялись было из-за ухода вспомогательных сил, и одновременно устрашив альбанцев, он победил фиденатов. А Меттия Суффеция он привязал к колесницам и разорвал на части из-за вероломства его души. Он расширил Город, присоединив к нему холм Целий. Процарствовав 32 года, он был поражён молнией и сгорел вместе со своим домом. В те времена Павсанием, царём спартанцев, был основан город Византий, названный позднее Константинополем.

После Тулла власть перешла к Анку Марцию ²⁴, внуку Нумы по его дочери; у евреев в это же время царствовал Осия ²⁵. Он сражался против латинов и победил все соседние племена, разгромив в бесчисленных схватках 12 самых могущественных тогда народов Тусции. Он присоединил к городу холмы Авентин и Яникул и основал на море, в 16 милях от Рима, город Остию. Он умер от болезни в 24-й год своего правления. В его царствование был основан Эпидамн, названный позднее Диррахием.

Затем власть получил Тарквиний Древний ²⁶. Он удвоил число сенаторов, построил в Риме цирк и учредил римские игры, которые дошли до нашего времени. Он также победил сабинян, немало земель, принадлежащих им, присоединил к территории города Рима и первый вступил в Город с триумфом. Он построил стены и клоаки, и начал строительство Капитолия. В 37-й ²⁷ год своего правления он был убит сыновьями Анка, того царя, которому он наследовал. В царствование Тарквиния Арион ²⁸ Мефимнейский был, как говорят, перенесён дельфином в Тенар. Тогда же была основана Массилия. В это время Иерусалим был разрушен халдейским царём Навуходоносором ²⁹.

После него власть получил Сервий Туллий ³⁰, рождённый женщиной знатной, но взятой в плен и ставшей рабыней, и правил 34 года. Когда он спал в покоях Тарквиния Древнего, вокруг его головы заметили ореол. Увидев это знамение, Танаквиль, жена царя, воспитала его среди свободных; по этой причине он и достиг трона. В его царствование халдеями повелевал Валтасар, при котором Даниил прочитал на стене таинственные письмена и растолковал их. Он также покорил сабинян, разбил вейентов, побеждённых в битве, но так и не укрощённых, присоединил к Городу холмы Квиринал, Виминал и Эсквилин, провёл вокруг стен рвы. Он первым учредил всеобщий ценз, до тех пор неизвестный во всём мире. После того как все была внесены в ценз, [выяснилось], что при нём в Риме было 84 000 римских граждан вместе с теми, которые жили в полях. Он был убит в результате преступления своего зятя Тарквиния Гордого ³¹, сына того царя, которому он наследовал, и собственной дочери, которая была женой Тарквиния.

В это же время Клавдия, пятая дева-весталка, была обвинена в разврате. Не считая приличным оправдываться, она вошла в реку Тибр, села на корабль и, обвязав его нос своим поясом, сказала: «Если я девственница, следуй за мной». И корабль, тут же придя в движение, въехал в Рим
.

Затем власть захватил Луций Тарквиний Гордый, седьмой и последний [из царей Рима]. В это время в Иерусалим по распоряжению Кира ³², царя персов, вернулось 42 400 [евреев]. Тарквиний первый придумал оковы, клейма, розги и каменоломни, кандалы, цепи, ссылки, рудники, тюрьмы. Он победил вольсков, племя, жившее неподалёку от Города, на пути в Кампанию, и покорил сильные города в самом Лации, а именно, Окрикул, Габии и Суэссу Помецию. С тусками он заключил мир и построил храм Юпитера на Капитолии. Затем, осаждая Ардею, расположенную в 18 милях от города Рима, он потерял власть. Ибо, когда его сын Секст Тарквиний, вооружившись, однажды ночью учинил насилие над благороднейшей Лукрецией, дочерью Лукреция Триципитина, женой Коллатина, та немедленно вызвала из лагеря мужа, отца и друзей, и со стыдом и слезами пожаловалась на насилие, которому подверглась. Когда же они стали утешать её, говоря, что никто не вменит ей в вину то насилие, которое она испытала, ибо одно тело подверглось позору, а душа невинна, она сказала: «Пусть никакой распутнице пример Лукреции не сохранит жизни!», и внезапно вонзила себе в сердце кинжал, который прятала под одеждой. По этой причине Брут, родственник названного Тарквиния, поднял народ и лишил Тарквиния власти. В скором времени войско, которое осаждало город Ардею вместе с царём, также оставило его; когда царь пришёл к городу, ворота перед ним были закрыты, и он после 35 лет ³³ правления бежал вместе с женой и детьми. Таким образом, в Риме в течение 243 лет правили семь царей, в то время как владения Рима едва доходили до 15-го мильного столба в самом широком месте. Во времена Тарквиния целомудреннейшая Юдифь убила Олоферна. В эти же времена известностью пользовался философ Пифагор ³⁴, который родился на Самосе, жил в Кротоне, но в конце концов прибыл в Метапонт и был там погребён. То, насколько великие страдания претерпели римляне в течение 243 лет непрерывного господства царей, продемонстрировало не только изгнание названного царя, но и отречение от самого царского имени и царской власти. Ведь если бы всему виной была гордыня только этого царя, то его одного и следовало бы изгнать, а должность сохранить для более достойных.

Итак, когда из Города были изгнаны цари, римляне решили, что им лучше учредить консулов, нежели подчинять кому бы то ни было свою свободу
. Двое консулов вместо одного царя были поставлены по той причине, чтобы в случае, если один из них захочет быть злым, другой, обладая одинаковой властью, мог ему в этом помешать. Было решено, чтобы консулы располагали властью не больше года, дабы они не возгордились от долгого правления, но всегда были приветливы, зная, что через год вновь станут частными людьми. Итак, в первый год после изгнания царей консулами были Луций Юний Брут, который больше всего сделал для изгнания Тарквиния, и Луций Тарквиний Коллатин, муж Лукреции. Но Тарквиний Коллатин вскоре был отстранен от должности. Ибо было решено, чтобы никто из тех, кто зовётся Тарквинием, не оставался в Городе. Поэтому [Коллатин], взяв всё своё имущество, выехал из города, а вместо него консулом был избран Публий Валерий Публикола ³⁵. Однако царь Тарквиний, который был изгнан, начал против города Рима войну и, собрав многие народы, особенно, этрусков и вейентов, вступил в сражение, чтобы получить возможность вернуться на трон. В первой битве консул Брут и Аррунт, сын Тарквиния, убили друг друга, но римляне вышли победителями из этого сражения. Поскольку этрусков пало на одного человека больше, победа осталась за римлянами. Римские матроны целый год оплакивали Брута, защитника своей чести, словно общего отца. Валерий Публикола сделал своим коллегой Спурия Лукреция Триципитина, отца Лукреции, а когда тот умер от болезни, взял себе в коллеги Горация Пульвилла. Таким образом, в первый год было пять консулов, поскольку Тарквиний Коллатин покинул Город из-за своего имени, Брут погиб в сражении, а Спурий Лукреций умер от болезни.

На следующий год Тарквиний вновь начал против римлян войну, чтобы вернуть себе царство. Порсенна, царь Этрурии, оказав ему помощь, на целых три года привёл в ужас взволнованный город, запер и осадил его. Если бы врага не тронули своей смелостью либо Муций, который спустился в его лагерь и шатёр, чтобы убить Порсенну, но убил его помощника, облачённого в пурпур и выдававшего жалованье, думая, что это и есть царь, – тут же схваченный, он рассказал, зачем пришёл, а затем положил правую руку, которая допустила ошибку, на горевший в алтаре огонь, чтобы её сжечь, – либо девица Клелия, которая через малый промежуток времени, сбросив оковы, с удивительной отвагой переплыла через реку Тибр, то римляне, вероятно, вынуждены были бы сносить либо плен, будучи побеждены взявшим верх врагом, либо рабство, подчинившись возвратившемуся царю. Эта Клелия была отдана Порсенне в заложницы; но, обманув стражников, она вскочила на коня и, переплыв Тибр, вернулась в Рим. По решению сената ей была поставлена конная статуя. А однажды, когда этруски пытались ворваться в город Рим по мосту через Тибр, некий Гораций Коклес в одиночку сдерживал их на этом мосту, пока часть моста не рухнула, разрушенная его согражданами; тогда он вместе с оружием бросился в Тибр и, одержав победу как над врагами, так и над самой рекой, избежал брошенных ему вслед этрусских дротиков.

На третий год после изгнания царей Тарквиний, поскольку не смог вернуться на царство, а Порсенна, заключивший с римлянами мир, перестал оказывать ему помощь, направился в город Тускул ³⁶, расположенный неподалёку от Рима, и как частное лицо 14 лет жил там вместе с женой в ожидании старости.

На четвёртый год после изгнания царей сабиняне, собрав отовсюду войска и тщательно подготовившись к войне, устремились на Рим. Устрашённые этим, римляне также собрались на войну и отпраздновали над ними триумф.

На пятый год после изгнания царей Публий Валерий, коллега Брута и четырежды консул, умер по велению судьбы ³⁷, причём умер таким бедным, что его похоронили за счёт собранных народом средств. Матроны целый год оплакивали его, как Брута.

В девятый год после изгнания царей, когда зять Тарквиния, намереваясь отомстить за нанесённое его тестю оскорбление, собрал огромное войско, в Риме была создана новая должность, названная диктатурой, большая, нежели консулат. В том же году появилась и должность начальника конницы, который должен был подчиняться диктатору. И нельзя назвать никакую другую власть более похожей на ту императорскую, которой ныне располагает Ваша Светлость, чем древняя диктатура, особенно учитывая тот факт, что и Август, он же Октавий, о котором мы скажем впоследствии, а до него Гай Цезарь правили под именем и почётным званием диктатуры. Первым диктатором в Риме был Марк Валерий ³⁸, а первым начальником конницы – Спурий Кассий.

В 16-й год после изгнания царей последовало удаление народа от отцов; когда диктатор Марк Валерий производил воинский набор, народ, побуждаемый различными несправедливостями, угнетаемый и сенатом, и консулами, в полном вооружении занял Священную гору ³⁹. Что может быть хуже и пагубнее, чем положение, когда тело, отделившись от головы, замышляет гибель того, через что оно дышит? Тогда народ учредил должность плебейских трибунов, как собственных судей и защитников, с помощью которых он мог бы защищаться от сената и консулов. В это время Неемия с разрешения Ксеркса ⁴⁰, царя Персии, пришёл в Иудею и восстановил стены и сам город.

В следующем году вольски начали войну против римлян, но были побеждены и потеряли даже город Кориолы ⁴¹, лучший из того, чем они владели.

В 18-й после того, как были изгнаны цари, высланный из Города римский полководец Квинт Марций, который взял Кориолы, город вольсков, в гневе направился к самим вольскам и получил у них помощь против римлян. Он часто побеждал римлян и дошёл до пятого милевого камня от Города; отослав прочь послов, которые просили его о мире, он атаковал бы также своё отечество, если бы к нему не вышли из Города его мать Ветурия и жена Волумния. Побеждённый их мольбами, он увёл назад войско, которое Рим не смог отразить с помощью оружия. Он был вторым после Тарквиния, кто пошёл войной против своего отечества. На месте, где они умоляли [Марция], его супругой был воздвигнут алтарь Женской Фортуны.

В консульство Тита Гегания и Публий Минуция
⁴² два, пожалуй, самых страшных среди всех прочих бед несчастья, а именно, голод и чума, поражают изнурённый Город. Была небольшая передышка от сражений, но не было передышки от смертей. Вейенты и этруски, опасные враги, присоединив к себе силы ближайших соседей, поднялись на войну и встретились с идущими им навстречу консулами Марком Фабием и Гнеем Манлием ⁴³. Там после произнесения клятвы, согласно которой римляне обязались возвратиться в лагерь только после победы, было такое жестокое сражение, а у победителей и побеждённых – равная участь, что после того как пала большая часть войска, а консул Манлий погиб в бою, консул Марк Фабий, поскольку его брат, храбро сражаясь, также погиб в урагане битвы, отказался принять предложенный ему сенатом триумф, сказав, что после таких потерь республики уместен скорее скорбный плач, нежели триумф.
В консульство Гая Фабия и Луция Виргиния
⁴⁴ славнейшее числом и силой семейство Фабиев по жребию приняло на себя вейентскую войну. О том, сколь великую потерю для республики принесло оно своей гибелью, свидетельствуют своими постыдными наименованиями река Кремера ⁴⁵, которая их погубила, и ворота, которые их выпустили ⁴⁶. Ведь когда 306 Фабиев, воистину ярчайших светочей римского сословия, добились возможности единолично вести войну против десятилетних врагов вейентов, пообещав сенату и народу своими силами завершить этот спор, все эти знатные мужи, каждый из которых был достоин стоять во главе большого войска, отправились в путь. Но затем, попав в засаду, они были окружены врагами и все перебиты; лишь один из них был сохранён для рассказа о бедствии, тот, который из-за своего юного возраста не мог принять участия в сражении ⁴⁷. После этого в Городе был проведён ценз; в результате ценза там было выявлено 117 319 граждан. В это время дева-весталка Порфирия за своё прелюбодеяние была живьём зарыта в землю.
Итак, в Риме в 290 году от основания Города
⁴⁸, когда на время приостановилась война, страшная чума, которая постоянно либо прерывает заключённые перемирия, либо вынуждает их заключать, со всей жестокостью пронеслась по всему городу, что по праву [отразило] случившееся накануне знамение, а именно, люди видели полыхающее небо, в то время как столь страшным огнём болезней пылала глава народов. Ибо в этом году чума унесла обоих консулов – Эбуция и Сервилия, пожрала большую часть войска, истребила страшным поветрием многих благородных мужей и, особенно, плебс, хотя вспыхнувшая ещё за четыре года до этого моровая язва уже обескровила тот же народ.

В следующем году ⁴⁹ изгнанные граждане и беглые рабы во главе с Гердонием, сабинским мужем, вторглись в Рим и сожгли Капитолий. Против них во главе с храбрейшим консулом и полководцем Валерием выступает молодёжь, но решающая битва была столь жестока и тяжела, что даже сам консул Валерий был там убит и своей смертью осквернил и без того постыдную победу над рабами.

Наступил год
⁵⁰, в который консул был осаждён вместе с побеждённым войском. Ибо эквы и вольски, вступив в битву, разбили консула Минуция и окружили его, бежавшего на гору Альгид ⁵¹, расположенную почти в 12 милях от Города, голодом и оружием. Всё это окончилось бы весьма плачевно, если бы Квинций Цинциннат ⁵², выдающийся диктатор, одолев врага, не снял плотную осаду. Его обнаружили в деревне, где он собственными руками обрабатывал четыре югера ⁵³ земли, которыми владел. Когда его нашли в трудах и пашущим землю, он, призванный от сохи к фасциям, утерев пот, принял окаймлённую пурпуром тогу. Спешно приняв почётную должность, он выстроил войско, разбил врагов и, став победителем, освободил войско, а эквов провёл под бычьим ярмом; держа победу, словно рукоять плуга, он первым прогнал перед собой покорённых врагов.
В год, который предшествовал 300 году от основания Города, пока ждали послов, отправленных к афинянам для ознакомления с законами Солона, голод и чума сковали римское оружие
.

В 302 году от оснований Города ⁵⁴ прекратилась консульская власть, и вместо двух консулов поставили десять человек, дабы они, называясь по своему числу децемвирами, обладали высшей властью для установления аттических законов, что принесло республике большой вред. Ибо первый из децемвиров, Аппий Клавдий, отстранив остальных, сохранил власть лишь за собой. Тотчас же последовал заговор других, в результате чего обычай, по которому символ власти находился у одного человека, а сама власть оставалась общей, был нарушен и все стали управлять всеми по собственной прихоти. И вот, среди прочего, на что все они отважились с чрезвычайным безрассудством, каждый из них внезапно стал выступать с двенадцатью фасциями и прочими знаками власти. Когда был установлен новый и никуда не годный порядок, после того как было отправлено посольство консулов и выросла толпа тиранов, а к десяти прежним таблицам законов были добавлены ещё две, они стали вести себя с невероятной надменностью. И в день, когда магистраты обычно слагают власть, они выступили с теми же самыми знаками. На второй год один из них, Аппий Клавдий, пожелал совратить дочь некоего Виргиния, который достойно воевал ещё против латинов на горе Альгид, девицу по имени Виргиния. По этой причине, вынужденный скорбью по свободе и позором от бесчестья отец, Виргиний, благочестивый дочереубийца, на глазах у народа убил ведомую в рабство дочь. Народ, приведённый в возбуждение жестокостью случившегося и побуждаемый надеждой вернуть свободу, вооружённый, занял гору Авентин и до тех пор не прекращал с помощью оружия защищать свободу, пока у децемвиров не была отнята власть, а сами они не были осуждены ⁵⁵.

В 315 году от основания Города ⁵⁶, на протяжении почти всего года, в Италии происходили столь частые и столь сильные землетрясения, что от постоянно приходящих известий о бесчисленных потрясениях и разрушениях сёл и городов содрогался сам Рим. Затем наступила такая долгая и испепеляющая засуха, что не было надежды на то, что в текущем тогда и следующем за ним году земля родит урожай.

В те же самые времена
фиденаты, собрав сильное вспомогательное войско, восстали против римлян. Помощь им предоставили вейенты и царь вейентов Толумний. Оба этих города, то есть Фидены и Вейи, находились по соседству с Римом, а именно, располагались всего в 18 милях от Города. К ним присоединились также вольски. Но они были побеждены диктатором Мамерком Эмилием и начальником конницы Луцием Квинцием Цинциннатом, и даже потеряли своего царя. Фидены были взяты и разорены ⁵⁷. В этих Фиденах тогда было столько злодеяний и такое смятение душ, что либо обрушившиеся извне войны затмевали собой внутренние неурядицы, либо прокатившиеся по земле и небу различные катастрофы разрушали беспрерывными атаками наступавшие после военных бедствий перемирия.
В те же времена Сицилия подверглась ужаснейшему землетрясению; остров был разорён извержениями смертельного огня и горячего пепла Этны; в итоге, поля и селения понесли величайший урон. Тогда же Аталанта ⁵⁸, город в Локриде, примыкавший к материку, был отрезан от суши внезапным натиском моря и превратился в остров. Город афинян поразила страшная чума, и он на долгое время обезлюдел
.

Через 20 лет те же вейенты вновь восстали. Против них был отправлен диктатор Фурий Камилл ⁵⁹, который сперва победил их в сражении, а вскоре с помощью подкопа взял после долгой осады и сам город, самый древний в Италии, а также и самый богатый. Найденную там статую Юноны Монеты он приказал перенести в Рим. Один из воинов в шутку спросил, хочет ли статуя идти в Рим. И та ответила: «Хочу». После этого Камилл захватил также Фалерии ⁶⁰, не менее знаменитый город. Но, поскольку дома к нему возникла зависть из-за того, что он якобы плохо разделил добычу, он был осуждён по этой причине и изгнан из Города.

За этим последовало вторжение бельгийских галлов и сожжение Города. Пусть кто-нибудь, если это возможно, дерзнёт сравнить с этим несчастьем волнения нашего времени, хотя давать оценку сказаниям о прошлом бедствии в сравнении с невзгодами настоящего не совсем корректно. Так вот, галлы-сеноны во главе с Бренном, полагаясь на многочисленное и весьма сильное войско, осадили город Клузий
⁶¹, а затем, оставив осаду, всеми силами устремились на Рим. Их, обрушившихся столь свирепо, встретил с войском консул Фабий ⁶², но так и не остановил. Напротив, вражеский натиск срезал римлян, словно сухие хлеба, попрал их и проследовал дальше. Об этом поражении Фабия свидетельствует река Аллия ⁶³, так же, как Кремера [о гибели] Фабиев. Ибо нелегко припомнить какое-либо другое подобное крушение римской армии, даже если бы Рим в добавление ко всему не был сожжён. Галлы вступают в открытый город, убивают застывших в своих креслах, словно статуи, стариков и погребают их, сгоревших в пламени пожарища, под обрушившейся кровлей их домов. Когда человеческие силы не могли более сопротивляться галлам, римляне вопросили Аполлона Дельфийского. И тот ответил, что вместе с ними против галлов будут сражаться боги и одетые в белое девы. Тогда Бренн застрял в альпийских снегах и был уничтожен вместе со всем своим войско. Итак, оставшуюся молодёжь, которой, как известно, было тогда едва тысяча человек, укрывшуюся в крепости Капитолийского холма, они берут в осаду, и там голодом, болезнью, отчаяньем и страхом изнуряют несчастные остатки. И Капитолий был бы сразу же взят, если бы Манлий, разбуженный криком гусей, не оказал своевременное сопротивление. Когда [галлы] долго их осаждали и римляне уже страдали от голода, они вместо камней бросали галлам куски хлеба. Наконец, получив тысячу фунтов золота за то, чтобы они сняли осаду с Капитолия, галлы отступили от Города, но Камилл, преследуя их, подверг их такому разгрому, что вернул обратно и золото, которое им дали, и все воинские значки, которые они захватили, хотя ещё накануне он нанёс им тяжелейшее поражение. Так Камилл в третий раз с триумфом вошёл в Город, где его провозгласили вторым Ромулом, словно и он был основателем отечества. Итак, когда галлы осаждали Капитолий, Гай Фабий Дорсуон, фламин Юпитера, во время праздника Квириналий направился через вражеские шатры к холму Квириналу, а затем, совершив священнодействие, вернулся обратно.

Около этого времени, как полагают, была написана история Есфири. В те же времена, как рассказывают, жил также философ Платон ⁶⁴.

Текст переведен по изданию: Paulus Winfridus Diaconus. Historia Miscella. Patrologia Latina. Vol. 95. 1861

Спасибо команде vostlit.info за огромную работу по переводу и редактированию этих исторических документов! Это колоссальный труд волонтёров, включая ручную редактуру распознанных файлов. Источник: vostlit.info